ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ В ФОРМИРОВАНИИ ИДЕНТИЧНОСТИ

Ардабаева Мадина - научный сотрудник

отдела истории, археологии и этнографии

ИИГ НАНТ

ИСТОРИЧЕСКАЯ ПАМЯТЬ В ФОРМИРОВАНИИ ИДЕНТИЧНОСТИ

«Пробуждение исторической памяти играет

весьма важную роль в укреплении национального

чувства граждан, особенно молодёжи, которая

является будущим нации и государства»¹.

Э. Рахмон. Послание Президента Республики

Таджикистан Маджлиси Оли, 2025

   Мысль, сформулированная в Послании, задаёт отправную точку для разговора об исторической памяти не как об отвлечённом понятии, а как о явлении, напрямую связанном с настоящим и будущим общества. Вынесенная в эпилог, эта формулировка не подводит итог, а, напротив, открывает пространство для дальнейшего размышления о том, каким образом прошлое продолжает присутствовать в современной жизни и влияет на формирование общественных ориентиров.

  В условиях глобализации обращение к исторической памяти перестаёт быть простым возвращением к прошлому. На фоне активного культурного обмена и изменения ценностных установок именно память становится тем основанием, которое помогает обществу сохранять целостность и чувство принадлежности. Через осмысление исторического опыта формируется понимание собственных корней и вырабатывается представление о направлениях дальнейшего развития.

   Теоретическое осмысление социальной природы памяти было предложено в первой половине XX века французским социологом Морисом Хальбваксом, одним из основоположников концепции коллективной памяти. В своей фундаментальной работе «Социальные рамки памяти» он последовательно показал, что память не является замкнутым внутренним переживанием отдельного индивида, но возникает, формируется и сохраняется в пространстве социальных связей. По его утверждению, «память не существует вне общества; она всегда коллективна и формируется в рамках тех групп, к которым принадлежит индивид»⁴. Тем самым Хальбвакс заложил основы понимания памяти как живого социального механизма, посредством которого общество удерживает свой исторический опыт, передаёт ценности и обеспечивает преемственность культурного бытия из поколения в поколение.

   Развивая это направление, французский историк и культуролог Пьер Нора обратил внимание на те формы, в которых коллективная память закрепляется и становится зримой. В 1980-е годы он ввёл в научный оборот понятие «места памяти», понимая под ними не только конкретные объекты, но и символические, институциональные и ритуальные формы сохранения прошлого. Согласно его утверждению: «когда живая память ослабевает, общество вынуждено создавать особые места, предназначенные для её сохранения»³. Такие «места памяти» — будь то памятники, памятные даты, ритуалы или устойчивые культурные образы — становятся своеобразными опорами исторического сознания, позволяя обществу поддерживать связь с прошлым и сохранять целостность своей идентичности в условиях исторических перемен.

   Значительный вклад в развитие теории исторической и культурной памяти внесла немецкий исследователь Алейда Ассман, рассматривающая память как ключевой механизм культурной преемственности. В её интерпретации память выступает не только формой хранения прошлого, но и активным инструментом его осмысления в настоящем. По утверждению Ассман, «культурная память обеспечивает связь между прошлым и настоящим, позволяя обществу сохранять своё наследие и идентичность»². Такое понимание позволяет рассматривать историческую память не как простую совокупность зафиксированных фактов, а как сложную систему эмоциональных, ценностных и символических связей, через которые формируется чувство принадлежности, укрепляется коллективная идентичность и поддерживается историческая непрерывность культурного развития.

   В данном теоретическом ракурсе обращение к исторической памяти приобретает особую значимость для понимания современной траектории развития Таджикистана. После обретения государственной независимости в 1991 году перед обществом встала задача выработки устойчивых оснований национальной идентичности, предполагающей осмысление исторического наследия и механизмов культурной преемственности. В этом контексте актуализация древней истории персидско-таджикской цивилизации, прежде всего эпохи Саманидов, заняла важное место в формировании национального исторического нарратива. Фигура Исмаила Самани закрепилась в общественном сознании как символ государственности и исторической непрерывности, демонстрируя, каким образом обращение к прошлому включается в процессы конструирования коллективного самосознания.

   Наряду с этим существенное значение имеет осмысление событий более близкого исторического прошлого (1992-1997 гг), которые составляют сложный и противоречивый пласт коллективного опыта, коллективной памяти. Работа с этим периодом в публичном и образовательном пространстве ориентирована не на воспроизведение конфликтных интерпретаций, а на формирование установок, связанных с сохранением стабильности и общественного согласия. Для значительной части общества память об этих событиях сохраняет болезненный характер, однако именно аналитическое осмысление пережитого позволяет выявить уязвимость социальных связей и значение институционального и ценностного баланса.

   Особое место в этом процессе занимает молодёжь, для которой данный исторический период выступает не личным переживанием, а объектом интерпретации. Его изучение осуществляется не только через хронологию и фактологию, но и через обращение к индивидуальным судьбам и человеческому опыту. Такой подход способствует формированию более сложного и многомерного понимания прошлого, в котором история воспринимается как совокупность человеческих решений и последствий, а не как абстрактная последовательность событий.

  Вместе с тем обращение к травматическим страницам истории каждого народа сопряжено с определёнными эмоциональными рисками. Для участников событий воспоминания могут сохранять высокий уровень психологической напряжённости, тогда как у молодого поколения возможны отчуждение или поверхностное восприятие при отсутствии контекстуального и методического сопровождения. В этой связи особую значимость приобретает сочетание образовательных и культурных форм работы с прошлым, учитывающих не только когнитивный, но и эмоциональный уровень восприятия исторического материала.

   В данном контексте публичное обсуждение сложных периодов истории требует взвешенности и методологической строгости. Односторонние интерпретации способны воспроизводить линии напряжённости, тогда как аналитически выверенный подход предполагает сопоставление различных источников, обращение к свидетельствам очевидцев и использование художественных и культурных форм, позволяющих представить прошлое через призму индивидуального опыта, а не идеологических схем.

   В результате историческая память утрачивает характер отвлечённого понятия и начинает функционировать как инструмент социального анализа и нормативной ориентации. Через неё общество осмысливает накопленный опыт, формулирует выводы и вырабатывает модели поведения, ориентированные на предотвращение деструктивных сценариев. Для молодёжи этот процесс имеет принципиальное значение, поскольку именно в данный период формируются не только знания, но и ценностные установки, определяющие отношение к обществу и государству.

   Образовательные и культурные инициативы, реализуемые на государственном уровне, направлены на институционализацию этих установок, превращая историческую память в фактор социального регулирования. Через изучение национальной истории и литературы, участие в памятных практиках и культурных мероприятиях передаются не только сведения о прошлом, но и представления о социальной ответственности и исторической преемственности.

   Историческое знание в данном контексте выполняет также функцию межпоколенческой связи. Осмысление достижений и ошибок предыдущих поколений расширяет горизонты индивидуального выбора, позволяя соотносить личные решения с более широкими социальными процессами. Одновременно формируется устойчивость к упрощённым интерпретациям и искажённым версиям прошлого, что способствует развитию критического мышления и самостоятельной оценки исторических нарративов (например, современная оценка ВОВ в европейских странах).

   Через литературу, устную традицию, памятные символы и культурные образы историческая память включается в повседневную культурную практику, приобретая эмоциональную и ценностную глубину. В этом качестве она способствует укреплению ощущения принадлежности к единому историческому пространству и поддерживает непрерывность культурного опыта.

   Таким образом, историческая память Таджикистана предстает не как объект исключительно академического интереса, а как действенный элемент формирования национальной идентичности, социальной согласованности и устойчивого развития. Она обеспечивает возможность осмысления прошлого без его абсолютизации и использования исторического опыта в качестве ресурса для понимания и решения задач настоящего и будущего.

   В этом контексте обращение к исторической памяти выходит за рамки теоретического осмысления и приобретает характер практического ориентира, задающего направления общественного и культурного развития. Современные формы исторического опыта всё чаще фиксируются не только в академическом дискурсе, но и в официальных текстах, отражающих представления государства о ценностях, приоритетах и механизмах социальной консолидации. В этой логике особый интерес представляет Послание Президента Республики Таджикистан Маджлиси Оли 2025 года, в котором тема исторической памяти рассматривается не как абстрактная категория, а как фактор формирования национального самосознания, прежде всего в контексте работы с молодым поколением. Обращение к данному тексту позволяет проследить, каким образом теоретические подходы к коллективной и культурной памяти находят отражение в современном государственном дискурсе и трансформируются в конкретные смысловые и нормативные установки.

Литература:

1. Рахмон, Э. Послание Президента Республики Таджикистан Маджлиси Оли Республики Таджикистан. — Душанбе, 2025. — URL: https://www.president.tj (дата обращения: 2025).
2. Ассман, А. Культурная память: письмо, память о прошлом и политическая идентичность в высоких культурах древности / пер. с нем. — М.: Языки славянской культуры, 2004. — 368 с.
3. Нора, П. Между памятью и историей. Проблематика места памяти // Франция — память. — СПб.: Издательство Санкт-Петербургского университета, 1999. — С. 17–50.
4. Хальбвакс, М. Социальные рамки памяти / пер. с фр. — М.: Новое издательство, 2007. — 352 с.

ҶАШНИ САДА – РАМЗИ РУШНОӢ ВА ГАРМӢ ДАР ФАРҲАНГИ ТОҶИКОН

АКАДЕМИЯИ МИЛЛИИ ИЛМҲОИ ТОҶИКИСТОН

ИНСТИТУТИ ИЛМҲОИ ГУМАНИТАРИИ БА НОМИ АКАДЕМИК Б. ИСКАНДАРОВИ АМИТ

ҶАШНИ САДА – РАМЗИ РУШНОӢ ВА ГАРМӢ ДАР ФАРҲАНГИ ТОҶИКОН

   Имрӯз 29 январи соли 2025 дар толори Институти илмҳои гуманитарии ба номи академик Б. Искандаров бо ҳамкории Институти биологии Помир ба номи Х. Юсуфбеков ва Маркази илмии кишоварзии Помири Академияи илмҳои кишоварзии Тоҷикистон мизи мудаввар таҳти унвони «Ҷашни Сада — рамзи рушноӣ ва гармӣ дар фарҳанги тоҷикон» баргузор гардид. Дар ин чорабинӣ муовини Раиси Вилояти Мухтори Кӯҳистони Бадахшон Амирбекзода Ҳабибулло, инчунин намояндагони муассисаҳои илмӣ ва доираҳои вобаста иштирок намуданд. Бо иштироки муовини Раиси ВМКБ чорабинӣ аҳаммияти хосаро ба худ қабул кард, зеро ин ҳузур нишонаи таваҷҷуҳи бевоситаи роҳбарияти вилоят ба ҳифз ва тарғиби мероси фарҳангии миллӣ буда, ҳамзамон ба густариши ҳамкории ниҳодҳои илмӣ бо мақомоти давлатӣ ҷиҳати эҳё ва таҳкими анъанаҳои мардумӣ такони ҷиддӣ бахшид.

   Чорабинӣ бо суханони ифтитоҳӣ ва табрикоти директори Институти илмҳои гуманитарии ба номи академик Б. Искандаров (АМИТ), доктори илмҳои филология Қаландариён Ҳоким Сафар ва директори Институти биологии Помир ба номи академик Х. Юсуфбеков (АМИТ), доктори илмҳои биологӣ Абдулназаров Абдулназар расман оғоз ёфт.

   Қаландариён Ҳ. С. зимни суханронии худ аҳамияти таҳқиқи этимологии калимаи «Сада»-ро таъкид намуда, зикр карданд, ки дар сурати таҳлили решаи вожа аз лиҳози этимологӣ бисёр паҳлуҳои арзишманди ин ҷашни ниёгон барои мо равшантар мегарданд ва бархе саволҳои марбут ба маъно, рамз ва ҷойгоҳи Сада дар низоми фарҳанги миллӣ метавонанд посухи мушаххас пайдо кунанд. Устод гуфтаҳои худро бо истинод ба абёти «Шоҳнома»-и Фирдавсӣ тақвият бахшида, Садаро ҳамчун ҷашни пайванди инсон бо рӯшноӣ, гармӣ ва неруи созанда шарҳ дод. Ҳамзамон, оид ба сарчашма ва пайдоиши ҷашни Сада як силсила ғояҳои ҷолибу дорои аҳамияти таҳқиқотӣ пешниҳод намуданд, ки бар пояи муқоисаи далелҳои манобеи таърихӣ, ишораҳои адабӣ ва таҳлилҳои забоншиносӣ ба шарҳи генезис ва густариши ин суннати куҳан равона гардида буданд; муҳим он аст, ки чунин дидгоҳҳо то имрӯз дар сарчашмаҳои адабӣ ва таҳқиқоти илмӣ ба ин шакл ба таври мукаммал матраҳ ва во нахӯрдаанд.

   Директори Институти биологии Помир, доктори илмҳои биологӣ Абдулназаров Абдулназар, қайд намуданд, ки арзиши ин ҷашн аз қадимулайём дар соҳаи кишоварзиву зироаткорӣ мақоми хоса дошта, он ҳамчун паёми оғози гармӣ ва бедории табиат барои деҳқон рамзи умед ба соли ҳосилхез, фаровонии ризқ ва муваффақияти корҳои саҳроӣ маҳсуб мешуд. Зимни баромад таъкид гардид, ки Сада на танҳо ҷашни маросимӣ, балки таҷассуми таҷрибаи ҳазорсолаи мардум дар шинохти гардиши фаслҳо, эҳтироми табиат ва фарҳанги меҳнат мебошад; ҳамин гуна анъанаҳо имрӯз низ метавонанд дар таҳкими маърифати экологӣ ва муносибати масъулона ба сарватҳои табиӣ нақши муассир дошта бошанд.

   Ҳамчунин аз номи муовини Раиси ВМКБ Амирбекзода Ҳабибулло суханони табрикотӣ садо дода, ҷойгоҳи Садаро ҳамчун ҷузъи муҳими худшиносии миллӣ ва мероси маънавии тоҷикон таъкид намуданд. Ӯ иброз доштанд, ки эҳё ва гиромидошти чунин ҷашнҳои бостонӣ барои пойдории ваҳдати фарҳангӣ, тарбияи насли ҷавон дар рӯҳияи арҷгузорӣ ба суннатҳои ниёгон ва ҳифзи мероси ғайримоддӣ аҳамияти калон дорад, ва баргузории чорабиниҳои илмӣ-фарҳангӣ дар ин самт метавонад ба муаррифии арзишҳои миллӣ дар сатҳи ҷомеа ва ҷаҳонӣ мусоидат намояд.

   Таъкид гардид, ки маҳз арзишҳои нодиру мардумии Сада сабаб шуданд, ки ин ҷашн дар даврони соҳибистиқлолии Тоҷикистон аз нав эҳё гардад. Ҳамчунин зикр шуд, ки бо саъйу талоши Ҷаноби Олӣ, Президенти Ҷумҳурии Тоҷикистон муҳтарам Эмомалӣ Раҳмон, ҷашни Сада зимни баргузории иҷлосияи 18-уми Кумитаи байниҳукуматӣ оид ба ҳифзи мероси фарҳангии ғайримоддии ЮНЕСКО дар шаҳри Касенеи Ҷумҳурии Ботсвана (аз 5 то 9 декабри соли 2023) расман ба Феҳристи репрезентативии ЮНЕСКО ворид гардид.

   Дар ҷараёни мизи мудаввар маърӯзаҳои зерин шунида ва мавриди баррасӣ қарор гирифтанд:

   Исмоилов Мутриб, номзади илмҳои кишоварзӣ, котиби илмии Институти биологии Помир, дар маърӯзаи худ таҳти унвони «Сада: рамзи ҷовидонаи хуршед, оташи муқаддас ва нек омадани баҳор барои кишоварзӣ» Садаро аз дидгоҳи табиатшиносӣ ва кишоварзӣ маънидод намуд. Ӯ нишон дод, ки ин ҷашн ҳамчун нишонаи оғози гармӣ ва ҳаракати нави табиат дар тафаккури мардумӣ бо умеди ҳосили нек ва баракати ризқ пайванд дорад. Баромадкунанда ҳамчунин таъкид кард, ки арзишҳои Сада метавонанд имрӯз ҳам барои тақвияти маърифати экологӣ ва муносибати масъулона ба замин аҳамияти амалии худро нигоҳ доранд.

   Шоинбеков Аловидин, ходими калони илмии шуъбаи таърих, мардумшиносӣ ва бостоншиносии Институти илмҳои гуманитарӣ ба номи академик Б. Искандарови АМИТ, дар маърӯзаи «Ҷашнҳои мушобеи Сада» масъалаи ҳамсонӣ ва умумиятҳои ҷашни Садаро бо баъзе суннатҳои ҷашнӣ дар фарҳангҳои минтақаӣ таҳлил намуд. Ӯ хусусиятҳои маросимӣ, унсурҳои рамзӣ ва заминаҳои таърихии чунин ҷашнҳоро муқоиса карда, ба нақши онҳо дар ҳифзи хотираи фарҳангӣ ва пойдории ҳувияти миллӣ ишора кард. Дар натиҷа, баромад як тасаввури фарохтарро аз ҷойгоҳи Сада дар низоми ҷашнҳои суннатии мардуми ориёинажод пешниҳод намуд.

   Қудратбекова Нилуфар, мудири шуъбаи чорводорӣ ва чарогоҳҳои Маркази илмии кишоварзии Помир (Академияи илмҳои кишоварзии Тоҷикистон), дар маърӯзаи «Сада – мужда диҳад аз Наврӯз» робитаи мантиқии Садаро бо давраи омодагӣ ба Наврӯз ва оғози фасли кори саҳроӣ шарҳ дод. Ӯ таъкид намуд, ки дар фарҳанги анъанавӣ Сада барои аҳли чорводорӣ ва кишоварзӣ як навъ “нишонаи тақвимӣ” буда, ба танзими корҳои хоҷагидорӣ, истифодаи чарогоҳҳо ва тадбирҳои мавсимӣ мусоидат мекард. Баромадкунанда ҳамчунин ба аҳамияти эҳёи суннатҳои дурусти муносибат бо чарогоҳ ва табиат дар шароити имрӯз ишора намуд.

   Тошмамадова Фарзона, ходими хурди илмии шуъбаи фолклор ва адабиёти Бадахшони Институти илмҳои гуманитарӣ ба номи академик Б. Искандарови АМИТ, дар маърӯзаи «Инъикоси ҷашни Сада дар роман “Сарои санг”-и Ато Мирхоҷа» паҳлуҳои адабӣ ва бадеии ин ҷашнро баррасӣ кард. Ӯ нишон дод, ки чӣ гуна унсурҳои Сада — рамзҳои нур, оташ, гармӣ ва умед — дар матни роман ба ҳайси василаи ифодаи ҷаҳонбинӣ ва хотираи фарҳангӣ истифода шудаанд. Баромад таҳлили далелноки пайванди ҷашн бо тасвирҳои фолклорӣ ва маъноофаринии бадеиро пешниҳод намуд.

   Мизи мудаввар бо мубодилаҳои илмӣ, саволу ҷавоб ва баҳсу баррасӣ дар бораи ҷойгоҳи ҷашни Сада дар ҳаёти инсон, арзишҳои ин ҷашни бостонӣ дар фарҳанги кишоварзӣ ва инъикоси он дар адабиёти тоҷик аз ҷониби иштирокдорон анҷом пазируфт.

АРЗИШҲОИ ФАРҲАНГӢ ВА УМУМИБАШАРИИ ҶАШНИ САДА

Ќурбонхонова Нуриҷаҳон Мирасановна - номзади илмҳои филология,

мудири шуъбаи фолклор ва адабиёти Бадахшони ИИГ АМИТ

АРЗИШҲОИ ФАРҲАНГӢ ВА УМУМИБАШАРИИ ҶАШНИ САДА

   Сада яке аз ҷашнҳои мавсимии мардуми ориёитабор буда, пас аз анҷоми чилаи зимистон 10-уми моҳи баҳмани солшумории шамсӣ мутобиќ ба солшумории мелодӣ анҷоми 30-юм ва оғози 31-уми январ пас аз 40-рӯзи шаби Ялдо, ки дарозтарин шаби моҳи дай аст, фаро мерасад. Ба андешаи мардумӣ дар ин шаб Офтоб тавлид мешавад, ки ин рамзи пирӯзии рушноӣ бар торикӣ, гармӣ бар сардиро нишон медиҳад. Дар замони муосир, тағйироти иќлимӣ ва ҷудошавии инсон аз табиат мавҷуд аст, вале ҷашни Сада нишонаи ҳамзистии инсон бо табиат, ќадр гузории ҳикмати бостонӣ, ҳифзи мероси фарҳангӣ ва таваҷҷуҳ ба ҳамзистӣ ба ҳисоб меравад.

   Ҷашни Сада низ мисли ҷашнҳои Наврӯз, Тиргон ва Меҳргон нишонаи вобастагии инсону табиат буда, рамзи кашфиёти унсурҳои муҳими ҳаёти инсониро дар худ таҷассум менамояд. Пайдоиши ин ҷашни бостон аз ишораҳои гуногуни таърихӣ ва асотирӣ, ки ба шахсиятҳои маъруфи замони хеле ќадим нисбат дода мешаванд, сарчашма мегирад. Тибќи муҳтавои ривоятҳои мардумӣ дар ин рӯз шумораи фарзандони Каюмарс, дар дигараш фарзандони Машӣ ва Машиёна ба сад нафар расида буданд. Мувофиќи нишондоди А. Фирдавсӣ дар «Шоҳнома» Ҳушанг аввалин маротиба шуда оташро кашф кард. Дар замони бостон кашфи оташ як ќадами бузург дар пешрафти ҳаёт буд. Оташ на танҳо манбаи гармӣ, балки манбаи ҳифзи ҷамъият ва ќувваи барќароркунандаи ҳаёт маҳсуб меёфт. Дар сарчашмаи дигар Афредун ҳамон рӯз Заҳҳокро мағлуб кард ва мардум аз ҷавру зулми Заҳҳок халос шуданд. Ҳамчунин аз Заҳҳок раҳо кардани шумораи одамон низ ба сад нафар расида буданд.

   Бештари сарчашмаҳо пайдоиши ҷашни Садаро ба кашфи оташ нисбат медиҳанд. Ин кашфиёт барои инсони замони бостон нуқтаи гардиш ба ҳисоб рафта, ӯро аз ҳолати дарки ибтидоии муҳит ба роҳи тафаккур, омӯзиш ва ташаккули тарзи нави зиндагӣ равона кард. Кӯшишҳои аввалини инсон барои фаҳмидани ҳаракати офтоб, оташ ва қонуниятҳои табиат заминаи шаклгирии тафаккури мантиқӣ ва шуури фарҳангиро фароҳам оварданд.

   Бо мурури замон, ин раванд васеъ гардида, кашфи оташ ҳамчун пояи асосии рушди ҳаёти иҷтимоӣ ва фарҳангии инсон нақш бозид. Дар замони муосир низ ҳамин равиши тафаккур ба кашфи неруҳои табиат аз барқ ва қувваи электрикӣ то энергияи атомӣ ва технологияҳои пешрафта идома ёфтааст. Аз ин ҷиҳат, оташ на танҳо ашёи сӯзанда, балки рамзи созандагӣ, фарҳангсозӣ ва гузариши инсон аз ҳолати табиӣ ба ҳолати фарҳангӣ маҳсуб мешавад.

   Бояд ёдовар шуд, ки ҳар як ҷашни бостонӣ ва маросими миллӣ новобаста аз шароити ҷуғрофӣ дорои арзиши баланди умумибашарӣ низ мебошанд. Дар гузаштаи дур вобаста ба муҳити ҷуғрофӣ бархе аз аҳолӣ дар минтаќаҳои кӯҳӣ ва мавзеъҳои душворгузар мавҷуд будаанд. Ба ҳамаи ин душвориҳо нигоҳ накарда, онҳо низ аз тамаддун дар канор набуданд, баробари дигар мавзеъҳои дар маркази тамаддун ќароргирифта, дорои беҳтарин арзишҳои милливу умумибашарӣ будаанд. Ин андешаҳо дар нишонаҳои ҷашни Сада хеле нишонрас мушоҳида мешаванд. Як махсусият, ки ҷойгоҳи ин ҷашни бостонро дар тамаддуни башарӣ барҷаста нишон медиҳад, таркиби фарҳанги табиии он ба ҳисоб меравад.

   Афрӯхтани оташ дар ҷашни Сада, ки барои аҳолии кишварҳои гуногуни Осиёи Марказӣ аз ҷумла Тоҷикистон, Эрон, Афғонистон ва дигар кишварҳои хос аст, дорои рамзу боварҳои худ мебошад. Афрӯхтани гулхан дар ҷашни Сада нишонаи пирузии рушноӣ бар торикӣ, некӣ бар бадӣ, сардӣ бар гармӣ буда, оғози ҳаќиќат ва адолатро баён мекард. Аз тарафи дигар он манбаи иттиҳоду ваҳдат аст, ки мардум дар атрофи он гирд омада, шодиву хурсандӣ мекарданд.

    Нишонаи дигари ин ҷашни бостонӣ эътидоли ҳаракати системаи офтоб аст, ки дар тасаввури мардумон, иродаи инсонӣ ва адлу додро баён мекунад. Дар фасли сармо офтоб дар ќутби ҷанубӣ ќарор дошт, аммо бо гузашти рӯзҳо, баргашта ба ќутби шимолӣ омад, ки ин натанҳо ҳаракати астрономӣ, балки нишонаи бозгашт ба ҳаётро низ нишон дод. Аз ин рӯ ин ҷашни бостон дар байни ҳамаи халќияти дунё ҳамчун падидаи беҳтарини ҳамзистии инсон бо табиат дар ҳама гуна шароит ва манбаи ҳикмати умумибашарӣ шинохта мешавад. Дар баробари ин Сада нафаќат ҳамчун як ҷашни бостонӣ дар таърих аст, балки ҳамчун маркази тамаддун, иттилоот ва барќароркунандаи муҳити иҷтимоӣ низ ба ҳисоб меравад, ки он барои ҳамаи инсонияти дунё арзиши беҳад дорад.

   Нуқтаи дигари ҷолиби таваҷҷӯҳ дар улгӯҳои вобаста ба ин ҷашн, талоши ҷамъии инсон дар муҳити табиӣ барои ба низом даровардани зиндагӣ ва ҳамоҳанг сохтани рӯзгор бо шароити фаслӣ мебошад. Сада на танҳо иди мавсимӣ, балки нишонаи ҳаётпазирӣ, ҳамдигардастгирӣ ва саҳмгузории аҳли ҷомеа дар беҳсозии шароити зист ба ҳисоб меравад. Ин ҷашн инчунин намоди созандагии фарҳангист, ки дар натиҷаи он корҳои ободонӣ ва муҳайё сохтани муҳити муносиб барои зиндагӣ ташвиқ меёбад. Ба ғайр аз ин, Сада нишонаи хайру саховат буда, идомаи анъанаҳои деринаи мардуми ориётаборро бозтоб  медиҳад.

   Дар маҷмуъ ҳамаи расму одатҳои ҷашни Сада як маънии мушаххасро ифода мекунанд, он ҳам бошад, муҳтавои раҳоӣ ёфтан аз душвориро баён менамояд. Анъана, урфу одатҳои мардумии ҷашни Сада  низ ќариб дар байни тамоми халќияти дунё ба як мафҳум баён мешавад, ки он ниёзи башарро ифодагар мебошад. Ҳамзамон, Сада беҳтарин нишонаи арзишҳои инсонӣ буда, ҷойгоҳи хосе дар ҳаёти иҷтимоиву мадании башарият соҳиб шудааст.

    Маҳз ҳамин гуна вижагиҳои ин ҷашни бостонӣ будаанд, ки бо ташаббуси Асосгузори сулҳу ваҳдати миллӣ, Президенти Ҷумҳурии Тоҷикистон муҳтарам Эмомалӣ Раҳмон зимни баргузории ҷаласаи 18-уми Кумитаи байниҳукуматӣ оид ба ҳифзи мероси фарҳангии ғайримоддии ЮНЕСКО дар шаҳри Касенеи Ҷумҳурии Ботсвана (аз 5.12.23 то 9.12.23) номинатсияи севуми Ҷумҳурии Тоҷикистон дар ҳамкорӣ бо Ҷумҳурии Исломии Эрон «Ҷашни Сада» расман ба Феҳристи репрезентативии ЮНЕСКО ворид гардид.