Дорога, соединившая горы и мир: Душанбе — Кульма как символ новой эпохи.

САБОИЕВА ДЖАМИЛА САЛОМАТШОЕВНА

научный сотрудник отдела социально –

экономического исследования

Института гуманитарных наук имени

академика Б. Искандарова НАНТ

 

Дорога, соединившая горы и мир: Душанбе — Кульма как символ новой эпохи.

(К 35-летию независимости Таджикистана)

 

«Дорога — это всегда больше, чем просто путь: это судьба, которая разворачивается во времени».— Пауло Коэльо  

 Есть дороги, которые появляются по необходимости — как ответ на текущие нужды времени. А есть те, что становятся судьбоносными, меняя не только карту страны, но и ход её истории. Автотрасса, соединяющая Душанбе с высокогорным перевалом Кульма, принадлежит именно к таким проектам. Её возникновение было продиктовано не столько экономической выгодой, сколько глубокой исторической необходимостью — преодолеть транспортную изоляцию и открыть стране путь к внешнему миру.

Начало 1990-х годов стало для Таджикистана периодом тяжелейших испытаний. После распада Советского Союза привычные хозяйственные связи оказались разрушены, единая транспортная система — дезорганизована, а экономика — в состоянии глубокого кризиса. Ситуацию усугубили трагические события Гражданской войны в Таджикистане, которые не только нанесли серьёзный урон инфраструктуре, но и фактически парализовали развитие страны на долгие годы.

В этих условиях транспорт перестал быть просто отраслью экономики — он превратился в основу выживания. Нарушенные дороги означали перебои с продовольствием, медикаментами, топливом. Отдалённые регионы оказывались в буквальном смысле отрезанными от центра, а любые попытки наладить экономическую активность упирались в отсутствие надёжных путей сообщения.

Особенно остро эта проблема проявилась в Горно-Бадахшанской автономной области — одном из самых труднодоступных регионов страны. Расположенная в высокогорной местности, область исторически зависела от единственной транспортной артерии, которая к моменту обретения независимости находилась в крайне изношенном состоянии. Размытые участки, разрушенные мосты, сезонная непроходимость — всё это делало связь с остальной частью страны нестабильной и ненадёжной.

Фактически регион оказался на грани изоляции — не только географической, но и социально-экономической. Ограниченный доступ к рынкам сбыта тормозил развитие местного хозяйства, нехватка транспортных связей усложняла обеспечение населения товарами первой необходимости, а удалённость от крупных центров снижала доступ к образованию и медицинским услугам.

В этой ситуации вопрос строительства современной автотрассы приобрёл стратегическое значение. Речь шла уже не просто о модернизации инфраструктуры, а о восстановлении единства страны, о создании условий для экономического роста и о включении Таджикистана в международные транспортные и торговые процессы.

Именно поэтому дорога Душанбе — Кульма стала не просто инженерным проектом, а символом нового этапа в истории независимого государства — этапа, в котором преодоление изоляции стало ключевым условием развития.

          Автотрасса, соединяющая Душанбе с перевалом Кульма, проходит через территорию, которую не случайно называют «крышей мира» — Памир. Это один из самых суровых и труднодоступных регионов планеты, где география становится не просто фоном, а главным действующим фактором, определяющим возможности и ограничения человеческой деятельности.

Протяжённость маршрута превышает тысячу километров, но дело не только в расстоянии. Эта дорога — череда резких контрастов: от сравнительно мягкого климата столичных районов до экстремальных условий высокогорья. Уже за пределами Душанбе трасса начинает подниматься в горные районы, проходя через южные регионы страны, затем следует к городу Хорог — административному центру Горно-Бадахшанской автономной области, а далее уходит в ещё более суровые районы Восточного Памира, включая Мургабское плато.

На отдельных участках дорога поднимается выше 4000 метров над уровнем моря. В таких условиях резко меняется сама физика строительства и эксплуатации - содержание кислорода в воздухе снижается почти на 40%, техника теряет мощность, люди быстрее устают и подвержены горной болезни.

Температурный режим здесь также крайне нестабилен. Летом воздух может прогреваться до +20…+25°C, тогда как зимой температура опускается до −30…−40°C. Суточные перепады могут достигать десятков градусов, что разрушительно действует на дорожное покрытие: асфальт трескается, образуются выбоины, деформируются основания.

Не менее серьёзную угрозу представляют природные процессы. Дорога проходит вдоль горных рек, через узкие ущелья и по склонам, где - часты оползни и камнепады, в весенний период усиливаются селевые потоки, зимой и ранней весной сходят лавины.

Даже при современном уровне инженерии полностью исключить эти риски невозможно. В некоторых местах трасса буквально «вырезана» в скале, и любое ослабление породы может привести к обрушению. В других — она проходит по насыпям, подверженным размыву бурными реками.

Особую сложность представляет гидрология региона. Горные реки Памира отличаются высокой скоростью течения и резкими сезонными колебаниями уровня воды. Весной и летом таяние ледников увеличивает нагрузку на мосты и дорожные конструкции, нередко приводя к их повреждению или разрушению. Это требует постоянного мониторинга и регулярных восстановительных работ.

          И всё же, несмотря на все трудности, человек проложил здесь путь.

Это решение — не только инженерное, но и символическое. Оно говорит о стремлении преодолеть границы, заданные природой, и включить даже самые удалённые регионы в единое пространство страны и мира.

          История автотрассы Душанбе — Кульма в годы независимости — это не одномоментный проект, а длительный и сложный процесс, в котором этапы выживания постепенно сменялись этапами развития.

Перелом наступил в начале 2000-х годов, когда Таджикистан начал активно выстраивать международное сотрудничество в сфере инфраструктуры. К проектам реконструкции были привлечены крупные финансовые институты, такие как Азиатский банк развития и Всемирный банк. Их участие позволило перейти от аварийных работ к системному подходу.

Особое значение имело стратегическое партнёрство с КНР. Заинтересованный в развитии транзитных маршрутов и укреплении региональных связей, Китай инвестировал средства в реконструкцию ключевых участков дороги, особенно в направлении восточных районов страны и границы. Это сотрудничество стало важным фактором ускорения модернизации трассы.

Кульминацией этого этапа стало открытие в 2004 году пограничного перехода Кульма. Это событие фактически изменило статус дороги. Если ранее она выполняла преимущественно внутренние функции, связывая столицу с удалёнными регионами, то теперь превратилась в часть международного транспортного коридора. Трасса получила новое значение — не только как средство внутренней интеграции, но и как канал внешнеэкономических связей.

После этого начался этап поэтапной модернизации, который продолжается и в настоящее время. Он включает - укладку асфальтового покрытия на наиболее загруженных и стратегически важных участках, строительство новых мостов взамен устаревших и аварийных конструкций, реконструкцию горных серпантинов с целью повышения безопасности движения, внедрение инженерных защитных сооружений — подпорных стен, противолавинных галерей, укреплений склонов.

При этом важно понимать, что модернизация в условиях Памира не может быть одномоментной. Работы ведутся поэтапно, с учётом сложной географии, ограниченного строительного сезона и высокой стоимости каждого проекта.

          Открытие автотрассы, соединяющей Душанбе с перевалом Кульма, стало не просто инфраструктурным событием, а серьёзным экономическим поворотом для всего Таджикистана. Впервые за годы независимости страна получила прямой сухопутный выход к Китаю — одному из крупнейших производителей и рынков мира.

До этого внешняя торговля Таджикистана была во многом ограничена географией и зависела от транзитных маршрутов через соседние государства. Это означало дополнительные издержки, логистические сложности и уязвимость перед внешними факторами. Трасса Душанбе — Кульма изменила эту ситуацию, предложив альтернативный, пусть и сложный, но стратегически важный путь.

Прежде всего, заметно увеличился товарооборот. Через новый транспортный коридор начали активно поступать - строительные материалы, промышленное оборудование, техника, товары народного потребления. Это позволило частично стабилизировать внутренний рынок, особенно в отдалённых регионах, где раньше наблюдался хронический дефицит товаров. С другой стороны, открылись новые возможности для экспорта сельскохозяйственной продукции, сырья и полуфабрикатов, продукции малого и среднего бизнеса.

 Не менее важным стало изменение логистической структуры страны. Трасса стала частью более широкой транспортной системы, связывающей Центральную Азию с Востоком. Это позволило Таджикистану постепенно включаться в региональные экономические процессы и снижать зависимость от традиционных маршрутов, сформированных ещё в советский период.

Особое значение эти изменения имеют для Горно-Бадахшанской автономной области. Для региона, который десятилетиями находился в состоянии экономической изоляции, дорога стала реальным шансом на развитие. Вдоль трассы начали появляться - небольшие торговые точки и рынки, сервисы для водителей и путешественников, логистические и транспортные услуги.

Местные жители получили возможность участвовать в экономической жизни не только на уровне собственного села или района, но и в более широком масштабе. Появились новые источники дохода, пусть пока и скромные, но принципиально важные для региона.

Кроме того, улучшилось снабжение отдалённых населённых пунктов. Товары, которые раньше доставлялись с большими трудностями и по высокой цене, стали более доступными. Это напрямую влияет на уровень жизни населения.

          Значение автотрассы, соединяющей Душанбе с перевалом Кульма, не исчерпывается экономическими показателями. В условиях высокогорья Памира, и особенно в пределах Горно-Бадахшанской автономной области дорога приобрела гораздо более глубокое — социальное и гуманитарное  значение. Она стала не просто инфраструктурой, а основой повседневной жизни людей.

Прежде всего, трасса изменила доступность базовых социальных услуг. Одним из ключевых факторов стала возможность регулярного и более быстрого доступа к медицинской помощи. Ранее жителям отдалённых районов приходилось преодолевать сложные горные маршруты, которые могли занимать несколько суток, а в зимний период зачастую становились непроходимыми. В экстренных случаях это означало реальную угрозу жизни. С развитием дороги транспортировка пациентов в более оснащённые медицинские центры, включая Хорог и далее в столицу, стала значительно быстрее и безопаснее.

Не менее важным аспектом стало улучшение снабжения населения. Регулярные поставки продуктов питания, топлива и товаров первой необходимости стали более стабильными. Если ранее изолированные районы зависели от сезонных поставок и погодных условий, то с развитием трассы появилась возможность более устойчивой логистики. Это снизило уровень дефицита и сгладило сезонные колебания цен на базовые товары.

Отдельное значение дорога приобрела в сфере образования и социальной мобильности. Для молодёжи ГБАО открылись более широкие возможности 

- поездки для обучения в другие регионы страны,

- участие в образовательных программах и курсах,

- доступ к университетам и профессиональным учреждениям.

          В более широком смысле трасса Душанбе — Кульма изменила само восприятие пространства. Расстояния перестали быть абсолютным препятствием. То, что раньше воспринималось как удалённость и изоляция, постепенно превращается в доступность и связь. Именно в этом заключается главное социальное значение дороги: она сократила не только километры между регионами, но и дистанцию между возможностями людей.

          И всё же публицистический взгляд требует не только признания достижений, но и честного разговора о трудностях. Основные проблемы трассы Душанбе — Кульма связаны с её высокой стоимостью содержания в условиях высокогорья ГБАО, где из-за резких перепадов температур и сложного рельефа дорога требует постоянного ремонта и укрепления сооружений, а природные факторы — оползни, лавины, паводки и камнепады — регулярно повреждают даже недавно восстановленные участки. Дополнительным вызовом остаётся необходимость постоянной модернизации и расширения инфраструктуры из-за роста транспортного потока и торговли с Китаем, а также экологические риски, поскольку строительство и эксплуатация дороги влияют на хрупкие экосистемы Памира, включая горные склоны, ледники и животный мир. В целом остаётся стратегический вопрос долгосрочной устойчивости этой сложной системы и способности государства поддерживать её эффективность в условиях природных угроз и растущей нагрузки.

Таким образом, автотрасса, соединяющая Душанбе с пограничным перевалом Кульма, в современной истории Таджикистана занимает особое место. Это не просто инженерное сооружение и не только транспортный коридор. В более широком смысле это — отражение целой эпохи, эпохи независимого развития государства, его поиска устойчивости, новых связей и собственной роли в регионе.

Символическое значение этой дороги особенно ярко раскрывается в контексте преодоления изоляции. После сложного периода становления государственности и последствий Гражданской войны в Таджикистане страна оказалась перед необходимостью заново выстраивать внутреннее единство и внешние связи. В этих условиях дорога стала одним из ключевых инструментов интеграции — как территориальной, так и социальной.

Её значение выходит далеко за рамки транспортной функции. Она демонстрирует, что даже в условиях крайне сложной географии ГБАО возможно формирование устойчивых коммуникаций и развитие инфраструктуры. Там, где природа традиционно диктовала свои ограничения, человек постепенно создаёт условия для движения, обмена и взаимодействия.

В этом смысле трасса Душанбе — Кульма становится доказательством важной идеи: развитие не отменяет сложностей, но позволяет с ними работать. Горы, которые когда-то воспринимались как непреодолимая преграда, в рамках этого проекта превращаются в пространство инженерного и человеческого усилия. Они остаются суровыми, но перестают быть изолирующими.

Дорога также символизирует открытость. Её выход к КНР  через перевал Кульма превращает её из внутренней артерии в элемент международной связности. Это подчеркивает, что современное развитие Таджикистана всё больше связано с региональной и глобальной интеграцией, где транспортная инфраструктура играет ключевую роль.

Однако наиболее глубокий смысл этой трассы заключается не в экономике и не в геополитике, а в человеческом измерении. Дорога связывает не только города и рынки, но и судьбы людей. Она сокращает расстояния между возможностями и реальностью, между изолированностью и доступом к образованию, медицине, работе и будущему.

В конечном счёте, автотрасса Душанбе — Кульма — это история о преодолении. О том, как страна, столкнувшаяся с тяжёлыми испытаниями, ищет путь вперёд не через отказ от своих условий, а через их осмысление и преобразование. Это путь, который одновременно является и физическим, и символическим.

И потому эта дорога — не только о камне, асфальте и мостах.
Она — о выборе быть связанными, а не изолированными.
О стремлении двигаться вперёд, несмотря на высоту, расстояние и трудности.
И о людях, которые сделали этот выбор частью своей национальной истории.

 

Подробнее ...

ЯЗЫК КАК ФАКТОР НАЦИОНАЛЬНОГО ЕДИНСТВА (К 35-летию независимости Таджикистана)

НЕКУШОЕВА ШАХЛО С. – заместитель директора ИИГ НАНТ

ЯЗЫК КАК ФАКТОР НАЦИОНАЛЬНОГО ЕДИНСТВА
(К 35-летию независимости Таджикистана)

Тридцать пять лет государственной независимости Таджикистана – это не только важная историческая дата, но и повод ещё раз обратиться к тем основаниям, на которых держится национальная устойчивость общества и государственности. Среди таких оснований особое место занимает язык. Именно язык соединяет прошлое и настоящее, объединяет людей вокруг общих ценностей, помогает сохранить историческую память и формирует чувство принадлежности к единому культурному и гражданскому пространству. Объединяющая роль языка особенно ясно проявилась в судьбоносные для страны периоды. Так, принятие Закона Таджикской ССР “О языке” в 1989 году стало не только правовым актом, но и важным шагом к укреплению национального самосознания: таджикский язык получил государственный статус и занял более прочное место в общественной и культурной жизни.

Обычно о языке говорят как о средстве общения. Однако его роль намного шире. Язык соединяет прошлое и настоящее не отвлечённо, а через живую культурную память народа. Именно поэтому наследие Рудаки и всей классической таджикско-персидской традиции остаётся важной частью национального самосознания: в нём сохраняются нравственные ценности, историческая преемственность и чувство принадлежности к единому культурному пространству.

Для Таджикистана язык имеет особое значение. Период государственной независимости стал временем, когда особенно ясно осозналась его объединяющая роль. Язык проявил себя не как периферийный элемент культуры, а как один из важнейших факторов общественной консолидации, национального самосознания и исторической преемственности. Именно этим объясняется устойчивая для современного таджикского общественного сознания формула: «Забони миллат – ҳастии миллат».

Единство страны невозможно без общего смыслового пространства. Именно язык и создаёт это пространство. Он делает возможным взаимопонимание между поколениями, между регионами, между представителями разных социальных групп. Благодаря языку общество получает внутреннюю связность: общие слова, общие смыслы, общие культурные ассоциации. Когда народ сохраняет и развивает свой язык, он сохраняет и внутреннюю целостность.

Вместе с тем язык как фактор единства нельзя понимать узко и односторонне. Его объединяющая сила состоит не в том, чтобы вытеснять другие языки, а в том, чтобы при уважении к языковому и культурному разнообразию страны сохранять общее гражданское единство. Таджикистан издавна отличается богатым языковым и культурным многообразием, и в этом заключается не слабость, а одна из его исторических сил. В стране сохраняются и изучаются разные языковые традиции, в том числе древние восточноиранские языки Бадахшана. Не случайно уважаемый Президент нашей страны Эмомали Рахмон подчеркивал: «Имрӯзҳо Тоҷикистон аз ҷиҳати боигарии забонӣ музеи зиндаи таърихӣ аст. Чанде аз забонҳои қадим, ки шомили гурӯҳи забонҳои шарқи эронӣ мебошанд, дар Бадахшон ва соҳили болоии Зарафшон ҳифз шудаанд». Эта мысль хорошо показывает, что в Таджикистане уважение к языковому многообразию сочетается с объединяющей ролью государственного языка. Именно таджикский язык служит общим языком общения и объединяет многоязычное культурное пространство страны.

Язык является и важнейшим фактором преемственности поколений. Через него передаются не только знания, но и интонация культуры, уважение к старшим, представления о чести, долге, достоинстве, человечности. Семья, школа, общество, научная среда – все они участвуют в передаче языка как живого носителя ценностей. Если эта передача ослабевает, общество начинает терять не только слова, но и внутренние нравственные опоры. Поэтому забота о языке – это одновременно забота о человеческом качестве будущих поколений.

В условиях независимости особенно важным становится и государственное измерение языка. Язык объединяет административное, образовательное, культурное и информационное пространство страны. Он делает государство понятным для граждан, а граждан – включёнными в жизнь государства. Через язык осуществляется связь закона и общества, власти и народа, прошлого и будущего. Именно поэтому укрепление роли государственного языка – это не формальный вопрос, а часть общей стратегии национального развития.

Но подлинная сила языка раскрывается не только в официальной сфере. Она живёт в литературе, в научной мысли, в повседневной речи, в традициях, в народной памяти, в уважительном отношении к слову. Там, где язык сохраняет глубину, общество сохраняет внутреннее достоинство. Там, где язык становится бедным, небрежным и случайным, постепенно беднеет и общественная жизнь. В этом смысле культура речи – вопрос не только филологический, но и гражданский.

Сегодня, в год 35-летия независимости Таджикистана, особенно важно говорить о языке не как о чем-то привычном и само собой разумеющемся, а как о живой национальной ценности. Независимость укрепляется не только экономикой и политическими институтами, но и духовными основаниями. Одним из главных среди них остается язык – как память народа, как форма его самовыражения, как средство общественного согласия и как основа национального единства. Эта мысль ясно звучит и в словах Президента Республики Таджикистан Эмомали Рахмона: «Забон рукни асосии миллат ва давлат аст. Миллату давлат соҳиб ва пуштибони забонанд». В этих словах выражено понимание языка как одной из главных опор государственности, национального самосознания и исторической преемственности.

Таким образом, язык в условиях независимого Таджикистана выступает не только средством общения, но и важнейшей силой национального единства. Уважение к языковому многообразию страны и укрепление роли государственного языка не противоречат друг другу, а вместе создают прочную основу гражданского согласия. Именно поэтому забота о языке – это не только вопрос культуры или филологии, но и вопрос будущего государства. Чем бережнее общество относится к своему языку, тем прочнее его внутреннее единство, тем устойчивее его национальное самосознание и тем увереннее его движение вперед.

 

Источники:

1. Раҳмон Эмомалӣ. Забони миллат — ҳастии миллат. Душанбе: Нашриёти муосир, 2020. 2 ҷ.
2. Закон Республики Таджикистан «О государственном языке Республики Таджикистан» // Национальный центр законодательства при Президенте Республики Таджикистан. Дата обращения: 23.04.2026.
3. Язык как фактор формирования национальной идентичности в Таджикистане // Национальная академия наук Таджикистана. Дата обращения: 23.04.2026.
4. Рудаки // Национальная библиотека Таджикистана. Дата обращения: 23.04.2026.

 

 

Подробнее ...

ТЕНДЕНЦИЯ РАЗВИТИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В РЕСПУБЛИКЕ ТАДЖИКИСТАН ЗА ПОСЛЕДНЕЕ ДЕСЯТИЛЕТИЕ

ТЕНДЕНЦИЯ РАЗВИТИЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА В РЕСПУБЛИКЕ ТАДЖИКИСТАН ЗА ПОСЛЕДНЕЕ ДЕСЯТИЛЕТИЕ

 

 

 Предпринимательство является одним из ключевых факторов устойчивого социально-экономического развития любой страны. Оно способствует созданию новых рабочих мест, росту доходов населения, повышению конкурентоспособности экономики и формированию среднего класса.

 В условиях рыночной экономики развитие предпринимательства приобретает особую значимость, поскольку именно частный сектор выступает двигателем экономического роста и инновационного развития.

 Для Республики Таджикистан, находящейся на этапе структурных экономических преобразований, развитие предпринимательства имеет стратегическое значение. За последние десять лет в стране был реализован ряд реформ, направленных на улучшение делового климата, поддержку малого и среднего предпринимательства, а также привлечение инвестиций. Важную роль в формировании и реализации государственной политики в данной сфере играют Послания Президента Республики Таджикистан, в которых определяются приоритетные направления социально-экономического развития страны.

 За последнее десятилетие государственная политика Республики Таджикистан в сфере предпринимательства была направлена на формирование благоприятного инвестиционного и делового климата.

 В Посланиях Президента Республики Таджикистан особое внимание уделяется развитию частного сектора, поддержке инициативных предпринимателей и снижению административных барьеров. В рамках реализации данной политики были предприняты меры по совершенствованию законодательства, регулирующего предпринимательскую деятельность, упрощению процедур регистрации бизнеса, сокращению количества проверок и развитию системы государственной поддержки предпринимательства. Значительное внимание уделялось вопросам защиты прав предпринимателей и стимулирования инвестиционной активности. Кроме того, государство активно поддерживает развитие приоритетных отраслей экономики, включая отраслей экономики, промышленность, сельское хозяйство, энергетику и сферу услуг, что способствует расширенности предпринимательской деятельности и диверсификации экономики.

 В данной статье проведён анализ показателей развития предпринимательства за период 2015–2025 гг. на основе статистических данных, приведённых к единой базисной величине - 2025 году, принятому за 100%.

 В основу исследования положены данные о количестве субъектов предпринимательства за 2015-2025 гг. Для сопоставимости показателей использован индексный метод, при котором значения каждого года выражены в процентах к уровню 2025 года. Такой подход позволяет оценить относительный вклад каждого периода в формирование текущего состояния сектора предпринимателӣства, а также выявить темпы и устойчивость роста (см диаграмма).

 Согласно представленным данным, численность субъектов предпринимательства за анализируемый период демонстрирует выраженную положительную динамику. Если в 2015 году количество субъектов составляло 27 565 единиц, то к 2025 году данный показатель увеличился до 365 300 единиц.

 Таким образом, за десятилетний период абсолютный прирост составил 337 735 субъектов предпринимательства.

 Индекс развития, приведённый к 2025 году, показывает, что в 2015 году уровень развития предпринимательства составлял лишь 8% от базисного значения. Уже к 2016 году данный показатель вырос до 78%, что свидетельствует о резком расширении предпринимательской базы в начальный период анализируемого временного ряда.

 Период 2015-2016 гг. характеризуется наиболее интенсивным ростом численности субъектов предпринимательства. Абсолютный прирост за один год составил более 255 тыс. единиц, а индекс увеличился с 8% до 78%. Подобная динамика может быть связана с институциональными изменениями, направленными на упрощение процедур регистрации бизнеса, легализацию предпринимательской деятельности, а также расширение форм самозанятости.

 Данный этап можно охарактеризовать как фазу активного вовлечения экономически активного населения в предпринимательскую деятельность, что заложило основу для дальнейшего устойчивого роста сектора предпринимательства.

 В 2017-2019 гг. рост численности субъектов предпринимательства сохраняется, однако его темпы становятся более умеренными. Количество субъектов увеличивается с 301 000 до 326 491 единицы, а индекс - с 82% до 89%.

 Для данного периода характерны:

 - снижение волатильности показателей;

- формирование устойчивой предпринимательской среды;

- рост доверия к институтам поддержки бизнеса;

- постепенное насыщение рынка.

Рост в этот период носит эволюционный характер, что свидетельствует о переходе от экстенсивного расширения к более устойчивой модели развития предпринимательства.

Период 2020-2022 гг. отличается снижением темпов роста и фактической стабилизацией численности субъектов предпринимательства. В 2020 году индекс достигает 92%, в 2021-2022 гг. - 93%, при этом абсолютное значение показателя практически не изменяется. Отсутствие роста в 2022 году указывает на формирование стагнационного состояния сектора, что может быть обусловлено:

- ухудшением внешнеэкономической конъюнктуры, ростом неопределённости;

- ограничением инвестиционной активности;

- повышением издержек ведения бизнеса.

В то же время важно отметить, что сокращения численности субъектов предпринимательства не произошло, что свидетельствует о достаточном уровне адаптивности и устойчивости предпринимательского сектора.

С 2023 года наблюдается возобновление положительной динамики. Количество субъектов предпринимательства увеличивается до 350 000 единиц в 2023 году и достигает 365 300 единиц к 2025 году. Индекс развития возрастает с 96% до 100%.

Данный этап характеризуется:

- восстановлением деловой активности;

- развитием цифровых форм предпринимательства;

- расширением электронной коммерции;

- усилением мер государственной поддержки МСП.

Выход на базисный уровень в 2025 году отражает завершение восстановительного цикла и формирование нового этапа устойчивого роста.

Индексный анализ показывает, что более 90% современного уровня развития предпринимательства было достигнуто уже к 2020 году. Это указывает на высокую концентрацию роста в первые годы анализируемого периода. Последующие годы характеризуются более медленным, но качественно иным ростом, ориентированным на устойчивость и эффективность.

Среднегодовой темп прироста за период 2017-2025 гг. значительно ниже, чем в 2015-2016 гг., что соответствует закономерностям развития экономических систем, проходящих фазу первоначального расширения и последующей стабилизации.

Рост численности субъектов предпринимательства оказывает комплексное воздействие на экономику:

- расширяет налоговую базу;

- способствует росту занятости;

- повышает конкурентность рынков;

- стимулирует инновационную активность;

- снижает социально-экономические риски.

Наблюдаемая динамика свидетельствует о том, что предпринимательства выполняет функцию амортизатора в периоды экономической нестабильности, сохраняя относительную устойчивость даже при неблагоприятных

Проведённый анализ статистических данных за 2015-2025 гг. позволяет сделать вывод о поступательном и в целом устойчивом развитии предпринимательства. Несмотря на периоды замедления и стагнации, сектор предпринимательства демонстрирует способность к восстановлению и дальнейшему росту.

Достижение базисного уровня в 2025 году подтверждает значимость реализуемых институциональных и экономических механизмов поддержки предпринимательства и указывает на необходимость дальнейшего совершенствования условий для его развития.

Анализ развития предпринимательства в Республике Таджикистан за последние десять лет позволяет выделить ряд ключевых тенденций.

Во-первых, наблюдается устойчивый рост количества субъектов предпринимательства, особенно в сфере малого и среднего бизнеса. Это свидетельствует о повышении предпринимательской активности населения и росте доверия к рыночным механизмам.

Во-вторых, происходит расширение отраслевой структуры предпринимательства. Наряду с традиционными сферами торговли и услуг развивается предпринимательство в промышленности, агробизнес и перерабатывающих отраслях.

В-третьих, усиливается роль предпринимательства в решении социальных задач, включая создание рабочих мест и снижение уровня безработицы. Малый и средний бизнес становится важным источником доходов для значительной части населения.

В-четвёртых, в последние годы наблюдается постепенное внедрение цифровых технологий в предпринимательскую деятельность, что способствует повышению эффективности бизнеса и расширению рынков сбыта.    

 

Искандаршоева Замира - научный сотрудник

отдела социально- экономических

исследований Бадахшана Института

гуманитарных  наук имени академика

Б.Искандарова Национальной академик наук

Таджикистана

 

Подробнее ...

ЦИФРОВЫЕ МИРАЖИ - КАТАЛИЗАТОР СУЕВЕРИЙ

Ардабаева Мадина Шодиевна - научный

сотрудник отдела истории, археологии и

этнографии ИГН НАНТ

 

ЦИФРОВЫЕ МИРАЖИ - КАТАЛИЗАТОР СУЕВЕРИЙ

   Сегодня, в эпоху цифрового света и информационных бурь, когда каждый человек через экран своего устройства словно правит собственной империей знаний и новостей, интернет и социальные сети превратились не только в источники информации, но вместе с фактами, научными открытиями и аналитикой в цифровое пространство стремительно возвращаются старые страхи - суеверия. Древние суеверия, казалось бы, оставшиеся в прошлом, обретают новую жизнь и новые масштабы.

   Интернет стал не только единой библиотекой всего человечества, но и эхом коллективных страхов и тревог. То, что раньше передавалось шёпотом у домашнего очага, в кругу семьи, сейчас распространяется со скоростью света — в виде постов, сторис, коротких видео и суеверия перестали выглядеть древними и наивными. Их «переодели» в современную форму, сделали более эмоциональными, убедительными, а иногда даже «научно оформленными». Их сопровождают сотни комментарии, лайки, горячие обсуждения и именно это придаёт им ощущение достоверности. Да, социальные сети превратились в своеобразный усилитель эмоций. Любая идея, если она подана ярко и вызывает тревогу или удивление, получает десятки и сотни откликов. В этой среде суеверия обретают новую форму: они адаптируются к современному языку, сопровождаются «доказательствами», личными историями и эмоциональными аргументами. И чем активнее реакция аудитории, тем убедительнее кажется сообщение.

   Для нашей страны с её глубокими духовными корнями и богатой культурной традицией — этот процесс особенно чувствителен. Наше общество всегда строилось на уважении к знаниям, к мудрости старших, к подлинной религиозной традиции. Но теперь перед ней стоит сложный вопрос: как сохранить ценности, не позволяя суевериям и искажениям подменять истину? Речь идёт не о противопоставлении традиции и современности, а о защите общественного сознания от манипулятивных интерпретаций.

   Ответ на этот вызов всё чаще формируется не только в социальной среде, но и в научно-аналитическом пространстве, где исследователи стремятся осмыслить причины устойчивости суеверий и их социальные последствия. В данном контексте показательной представляется статья Имомназара Ҳақназара, научного сотрудника ИГН НАНТ, под названием «Суеверие — часть жизни или её бедствие?», в которой подробно анализируются различные аспекты суеверий и их влияние на жизнь общества. Его работа даёт ценное понимание сложностей этого явления. Опираясь на его анализ мы попытались лучше понять, каким образом интернет способствует распространению подобных убеждений. Для этого необходимо было прежде всего определить, что собой представляет суеверие с научной точки зрения. Если остановится на данном вопросе очень коротко, то суеверие — это система убеждений и практик, не имеющих научного обоснования и религиозного подтверждения, которые распространяются в обществе и оказывают влияние на поведение людей. Для анализа этого явления полезно обратиться к взглядам различных научных областей к этому явлению:

• с точки зрения социологии и культурологии, оно рассматривается как социальный феномен, отражающий традиции, коллективные представления и нормы общества;
• антропология изучает суеверия как исторически сложившиеся ритуалы и символические практики, выполняющие социальные и психологические функции;
• психология объясняет их через когнитивные искажения, страхи и групповое влияние;
• с позиции религиоведения суеверие считается отклонением от истинных духовных учений, когда сверхъестественные свойства приписываются объектам или действиям, не санкционированным религиозной доктриной.

   Сегодня к этим объяснениям добавляется ещё один фактор — цифровая среда. Для Таджикистана — страны с глубокими культурными и духовными традициями  подобные процессы приобретают особую значимость. Наше общество исторически строилось на уважении к знаниям, к учёности, к истинным духовным ценностям, но в условиях информационной перегрузки становится всё труднее отличить подлинную традицию от её искажённых интерпретаций. Сегодня, когда социальные сети стали основным каналом получения информации для значительной части населения, механизмы онлайн-коммуникации усиливают влияние большинства: если сообщение поддержано сотнями пользователей, оно воспринимается как достоверное. Лайки и репосты создают иллюзию общественного согласия. Особенно заметно это в случае религиозно окрашенных суеверий. Речь идёт не о вере, как духовной основе общества. Речь идёт о её искажении — о практиках, которые не имеют богословского обоснования, но активно навязываются как обязательные. Иногда такие убеждения оправдывают социальное неравенство, усиливают давление на женщин, заставляют семьи тратить средства на сомнительные ритуалы и «целительные» услуги. Страх становится инструментом влияния. В результате человек начинает принимать решения, исходя не из знаний, а из опасений, когда суеверие постепенно становится невидимым регулятором жизни ограничивая свободу, формируя зависимость и усиливая тревожность.

   Здесь проблема заключается не в самой традиции. Таджикская культура опирается на глубокую духовную и научную основу. Опасность возникает тогда, когда суеверие подменяет знание, а эмоциональный импульс — критическое мышление. Распространению подобных суеверий в цифровой среде способствует вирусный характер эмоционального контента, а также интерактивные форматы социальных сетей, которые усиливают эффект коллективного одобрения. В совокупности это создаёт среду, в которой иррациональные убеждения не только укореняются, но и активно воспроизводятся.

   Мировой опыт показывает, что эффективным ответом на подобные вызовы становится развитие медиа грамотности и культуры анализа информации. Там, где человек умеет проверять источники и задавать вопросы, влияние иррациональных убеждений заметно снижается. Поэтому международная практика противодействия вредоносным суевериям сосредоточена на борьбе с дезинформацией, псевдонаучными теориями и опасными ритуалами. Например,  в Финляндии, большое внимание уделяется развитию критического мышления и навыков проверки источников уже на школьном уровне. В Китае и Индии реализуются государственные информационные кампании, направленные на разъяснение рисков «чудодейственных» практик, а во многих странах внедряются механизмы регулирования онлайн-контентов. Такие именитые международные организации как ЮНЕСКО и ВОЗ — совместно с научными институтами изучают динамику распространения вредных убеждений и разрабатывают профилактические стратегии, которые могут быть адаптированы к национальным условиям.

   Позитивным является то, что в нашей стране предпринимаются меры по ограничению распространения суеверий: реализуются информационные кампании, ведётся разъяснительная работа в образовательных учреждениях, ограничивается доступ к потенциально опасным цифровым ресурсам. Вместе с тем для повышения эффективности этих усилий необходимо системно развивать медиаграмотность и критическое мышление, создавать доступные онлайн-платформы с проверенной информацией, привлекать к просветительской деятельности популярных блогеров и авторитетных духовных наставников, а также совершенствовать механизмы мониторинга цифрового пространства.

    При этом важно учитывать, что суеверия остаются значимым социальным и психологическим феноменом любого общества, особенно в условиях активного информационного обмена. Каждый пользователь социальных сетей должен помнить, что деструктивные религиозные и культурные установки способны усиливать тревожность, искажать восприятие реальности, ограничивать свободу личности и причинять как экономический, так и психологический ущерб. Противодействие подобным явлениям требует комплексного подхода, включающего развитие медиаграмотности, научное просвещение, ответственную позицию лидеров общественного мнения и международное сотрудничество. Только при сочетании этих мер возможно формирование более устойчивой, рациональной и безопасной общественной среды.

   Несомненно, суеверия даже в современных условиях не исчезнут в одночасье, они будут трансформироваться и адаптироваться к новым каналам коммуникации, меняя форму подачи. Поэтому задача нашего общества состоит не в отрицании суеверий и связанных с ними традиций, а в укреплении аналитической культуры и способности отличать обоснованное знание от эмоционально привлекательного мифа.

   Именно от этого различия зависит качество общественного развития и устойчивость информационной среды.

Источники:

1. Media and Information Literacy: Policy and Strategy Guidelines. — Paris: UNESCO, 2013. — 192 p.
2. World Health Organization. Infodemic management during public health emergencies. — Geneva: WHO, 2020. — 48 p.

 

Подробнее ...